Новости Ассоциация Красноярский край Законодательство Туризм и отдых Информация и сервисы Поиск по сайту Недропользователи Наши контакты
  •  
  •  
  •  
  •  
Поиск по сайту
Статьи и комментарии

«Куда пропала аборигенная лайка?»

Современное состояние лаечного поголовья в Красноярском крае сами собаководы характеризуют как «мешанина», хаос, практически полное отсутствие чистых породистых аборигенных лаек. Большинство обитающих собак в нашем регионе – это так называемые «лайкоиды». Самое опасное не то, что исчезают лайки с определенным экстерьером, например, той же аборигенной или эвенкийской разновидности, страшнее то, что пропадают собаки с хорошими рабочими качествами. Если сегодня не предпринять меры по сохранению и увеличению поголовья аборигенной лайки, то уже завтра у охотников и оленеводов Севера не будет надежных помощников. О современном состоянии и перспективах племенного разведения лаек в Красноярском крае поговорим с заслуженным собаководом Красноярского края Борисом Корнейчуком.

- Борис Леонидович, вы сами очень долгое время занимаетесь лайководством, ваше мнение, действительно сейчас дела в этой отрасли обстоят настолько удручающе?

- В собаководстве я 30 с лишним лет, но пока я сам дошел до смысла этого дела прошло немало времени. Долго я занимался восточносибирскими лайками, племенной работой в краевом обществе охотников и рыболовов. Когда я разобрался в этом деле, я понял, насколько все мы заблуждались. У нас в крае восточносибирской лайки нет, она никем не стабилизировалась, не утверждалась, хотя положено утверждать специалистами комиссии при Минсельхозе. Если иркутяне занимались лайками, то они занимались своими лайками, а у нас другой генотип, у нас репродукции никогда не было совместной, у нас свой генотип и по экстерьеру и по интерьеру. Тогда спрашивается, зачем наших собак записывать в племенную книгу в Москве. В крае в основном живут аборигенные лайки, но это не порода. Тогда, я отошел в сторону и стал самостоятельно разводить местную аборигенную лайку. Сейчас у меня уже 14 поколений лаек и ни одна из них не записана во всероссийскую книгу. Я считаю это генетическое преступлением аборигенную лайку записывать в породную. Потому что, повторюсь аборигенная лайка - это не порода, это полиморфная популяция. Для того чтобы аборигенная лайка считалась отдельной породой нужно стабилизированное ядро иметь, требуется иметь от 600 до 1000 единиц стабилизированных одинаковых собак. Мы на сегодняшний день такого поголовья не имеем. Мы имеем гибридизированное поголовье аборигенной лайки, на основе которого возможно построить породу.

 

- Но ведь проводилась большая работа в 60-70 годах в нашем крае по разведению восточносибирской лайки?

- «Восточносибирская лайка» это был проект, тогда собак дергали отовсюду, мешали друг с другом. Это был эффект гибридизации, при котором порода расщепляется, в итоге появляется неустойчивая хаотическая наследственность. У них «поплыл» экстерьер, что недопустимо для собак одной определенной породы.

Сейчас у нас есть, например, эвенкийская лайка - это породная группа в Эконде, свои собаки в Суринде, другие собаки в Кислокане, в Ербогачене. Это всё лайки, но они отличаются друг от друга. Раньше каждый род имел собаку, собака охотника отличалась от собаки оленевода, собаки эвенков отличаются от кетских аборигенных лаек. Если мы хотим получить породу с четкой наследственностью необходимо заводское разведение. Породу можно получить в принципе из небольшой группы собак. Для этого собаководы начинают друг с другом крестить близкородственных собак, даже с одного помета. В генетике этот принцип скрещивания называется «бутылка горлышком вниз». Если говорить о людях, то у староверов, например, разрешается кровное смешение только в 8-м поколении, у эвенков, у манси у них принято было смешение «по кругу». Например, существовали фратрия Глухаря, фратрия Лося и фратрия Выдры: и там строго по правилам девушки из рода Глухаря становились женами мужчин из фратрии Лося, девушки из фратрии Лося становились женами мужчин из фратрии Выдры, девушки из фратрии Выдры становились женами мужчин из фратрии Глухаря, вот такая закольцовка. Таким образом, происходила регулировка близкородственности и дальнородственности (Имбридинг и аутбридинг), тем самым сохранялась национальная общность.

У меня 14 поколений аборигенной лайки, которых я получил за счет имбридинга.

- Борис Леонидович, действительно сейчас на Севере хорошая собака уже редкость?

- Я был в апреле 1991 года в эвенкийском поселке Суринда. Когда-то Суринда – была негласной собачьей столицей. Так вот, тогда на всю Суринду было собак 350-400, на каждую семью по 3-4 собаки, но это было до перестройки. В прошлом году я снова посетил этот поселок. Выходим из вертолета, а собак не видно, я так расстроился: собак не стало в Суринде. Но, потом понемногу стали появляться, но их мало. Сегодня не с кем идти на охоту. Собаки стали не те и не столько, как раньше. Мы приехали и увидели: собаки худые, если суку не кормить до вязки как следует, у нее качество клеток уже не то будет. Когда она ходит щенная, в течение двух месяцев у будущих щенков формируется мозг и костный аппарат. Если в это время внутри утробы щенок не получает достаточного количества витаминов и минералов – у него будет рахит, есть такое понятие внутриутробный рахит, а рахит касается не только костей, он касается и нервной системы и мозга. Вот и получается - рождается щенок-полудурок, потом ничего уже не сделаешь. Они и качественно хуже: и по экстерьеру, и по интерьеру (у него нюх не тот, слух не тот). Из этого делаем важный и интересный вывод: если в неподобающих условиях содержать собак, то они никогда не выдают экстерьер и интерьер (это физиологические особенности, нервная система и все прочее) в полном соответствии с генотипом, т.е. на 30-35% собаки теряют свои качества и не соответствуют генотипу. Вот я и говорю у «жлобов» хороших собак не бывает. Что это значит: вот взяли из одного помета два охотника щенков, один холит-лелеет своего щенка, пробежки с ним делает, работа в тайге, охотится и т.д. и вырастает хороший кобель. А другой - щенка не кормит, ему деньги на бутылку сэкономить надо, посадил его на цепь и все. Разница огромная между собаками будет.

В книге «Лошади» под редакцией Губерниева, автор приводит примеры, насколько животные пластичны к условиям содержания и кормления. В книге описывается случай, когда чистокровного верхового жеребца английской породы (а это самые резвые верховые лошади на скачках в мире, выведены от арабских жеребцов) используют для улучшения местных пород с табунной кобылой. Получают жеребенка и этого жеребенка отправляют в стадо вместе с матерью – в итоге жеребенок вырастает похожим на мать, на местную степную породу. Во второй раз сводят эту же самую пару, но на этот раз жеребенка определяют на конюшенное содержание - жеребенок получается копия отца. Может, мы об этих вещах не говорим, потому что сразу же возникают параллели с человеком. Если мы не обеспечиваем полноценным питанием человека, независимо от национальности, то мы не получим и полноценного человеческого потомства. Ведь, это страшно, получается, что мы в своих детях не дорабатываем генотип на 30-35%.

- Скажите, сейчас на территории Сибири есть питомники, занимающиеся разведением племенных лаек?

 

- Есть питомник в Новосибирске, но это питомник западносибирских лаек, он поддерживается администрацией Новосибирской области. Иначе он бы уже не существовал, племенная работа – дело затратное и неприбыльное. Питомник по разведению восточносибирской лайки был в Иркутске, но он по экономическим причинам рухнул, его посадили на самообеспечение. Цена лайки в России приравнена к цене на шкурку соболя, где-то 3-4 тысячи рублей. У меня нет питомника, я работаю по заявкам. Спрос на моих лаек есть, потому что они получаются с хорошими рабочими качествами. Щенков я продаю не всем, только серьезным охотникам, которые могут образовать кровное гнездо. Если берут одного щенка, я говорю: ты чего одного берешь, а потом ты его с кем будешь вязать? С теми же гибридами? В пределах моей линии и у собак хаотической наследственности нет. Племенная работа сложна еще тем, что племенной материал теряется. Вот, я отдал одну сучку в Назарово, в первую же осень она в берлогу к медведю заскочила, он ее задавил, был случай собака под лесовоз попала и т.д.: задавили, потеряли, пристрелили. Только 20% собак выживает и чем лучше собака, тем она хуже выживает: то под медведя попадет, то лось ее забьет копытом, а ведь это племенной материал.

 

- Борис Леонидович, ваше мнение насколько реально открыть питомник по разведению аборигенной лайки, например, в Эвенкии?

 

- Сейчас открывать питомник преждевременно, сначала надо создать породную группу. А вот пункты передержки в Эвенкии организовать вполне можно уже сегодня. Они станут фундаментом для будущего питомника, который можно открыть года через два. Я разговаривал с Виктором Ивановичем Гаюльским и он мне сказал: «Знаешь мне надо не так чтобы питомник организовать, а надо что-то близкое к укладу, жизни эвенков создать». С одной стороны это не так затратно, эвенки тогда суть вопроса будут понимать, опять же занятость им будет обеспечена. Когда законы бегут впереди условий, тогда из этого ничего хорошего не получится. Могу привести пример с языком. Наш язык со временем меняется, раньше при Академии наук существовала языковая комиссия, которая отбирала все новое, что появляется и смотрела ввести в закон или не ввести. На основе естественных изменений языка тогда издавался толковый словарь с новыми терминами и тогда вводился в ранг закона, т.е. тогда, когда это уже было. Так и с эвенкийской лайкой нужно делать: брать то, что было в памяти дедов, традиции и делать на основе этого дело. Эвенкия должна быть ориентирована на выявление отдельных племенных гнезд, микропопуляций наиболее совершенных собак по экстерьеру и рабочим качествам, в первую очередь несущих гены древних предков. Должен быть первичный отбор к разделению их на морфотипы к перспективному районированию в целях преимущественного племенного разведения того или иного морфотипа. Я уже говорил, что в Эконде могут быть свои собаки, а в Суринде - свои собаки, где охотой занимаются там свой тип собаки, где оленеводство - там другой тип.

 

- То есть получить универсальный тип восточносибирской лайки невозможно?

- Универсальность невозможна, завези к нам западносибирскую лайку, она ведь изменится, где большие снега там и ростовка другая будет, там морозы такие сильные, здесь помягче, и даже если она универсальная она все равно будет разделяться, она будет дифференцироваться на местные подтипы - это генетическая теория популяций. Племенная работа в плане промыслового руководства, скорее всего, в начальный период ее централизованной организации должна вестись в направлении образования неформальных объединений охотников-промысловиков в родовых общинах, заинтересованных в качестве поголовья лаек, организации племенных гнезд, в сборе заявок на щенков, в их распределении среди промысловиков на основе контрактации пометов. При этом необходимо иметь в виду, что племенная работа с аборигенной лайкой должна существенно отличается от племенной работы с заводскими породами, но этот вопрос за пределами целевого назначения. Отдельно выявленные племенные гнезда с тем или иным морфотипом или фенотипом, могут быть рекомендованы для целей дальнейшего разведения с переводом в ранг заводской породы в крупных кинологических центрах. В этом случае заводской вариант выборной разновидности эвенкийской лайки может быть использован при необходимости в качестве генетического резервного банка для стабилизации, ремонта естественной популяции. Организация племенного питомника рекомендуется на втором этапе племенной работы, когда заводской тип уже будет получен, однородность явная. Тогда ты сможешь смело говорить «Да, я продаю аборигенных лаек в С-Петербург, Москву, в Норвегию…» и гарантировать определенные рабочие качества и прочее - это уже питомник. После формирования племенных гнезд в поселках и апробации на их основе исходно-племенного материала. Следует иметь ввиду, что содержание питомника потребует финансирования из бюджета муниципального района. Тем не менее в целом работа по сохранению местной эвенкийской лайки на постоянной основе может дать не только значительный экономический эффект в результате повышения производительности труда в охотпромысле, но и еще это один из путей возрождения традиций и укреплении чувства национального достоинства коренного населения. Положительный опыт работы с аборигенной промысловой лайкой имеется в ЗАО«Жигаловский зверопромхоз» Иркутской области.

Мы обговорили с Виктором Гаюльским, и я ему передал схему пункта передержки лаек в Суринде. Эта работа на пару лет. Уже через 2-3 года можно говорить о питомнике. Схема следующая: берем щенка, скажем, Пушка в племенную работу и сучку Лиску покрываем Пушком. Когда Лиска покрылась, отдельно ее держим – отсаживаем в пункт передержки. На пункте передержки два кормача или два егеря суку передерживают 63 дня, пока она щенная и в это время она принимает полноценные витаминные подкормки и корм, не тот который она получала в оленеводческой бригаде. В итоге щенки формируются у нее так, как они должны формироваться. После этого два месяца щенки отдерживаются около суки, она их кормит, у нее молоко нормальное, и как только два месяца им исполнилось их забирают обратно в оленеводческую бригаду. Потому что, во-первых, заканчивается подсосный период, во-вторых, в 2-2,5 месяца надо прививки уже делать, и с прививками уже их обратно отправляешь. У них критический период, когда они воспринимают максимально, то, что нужно им для жизни. Вот если они с 2-х месяцев до 7-ми месяцев не познакомились с охотой, с тайгой, потом будут блудить, 2-3 года они блудить в тайге будут, если они не поняли, как зверька душить нужно, ту же мышь, они не будут уметь это делать, если они не привыкнут к оленю, они потом оленя гонять будут. Их как можно быстрей нужно обратно в бригаду. А потом, когда они вырастут здесь, это контрактация щенков, зоотехник приезжает, и мы отбираем, некоторые не в стандарте - выбраковываются и они продаются по хорошей цене - 5-6 тысяч рублей промысловым охотникам в поселки. Они отличные промысловые собаки, может лучше даже чем племенные, но не подходят по экстерьеру, часть щенков, которые прошли по экстерьеру выдерживаем до осени. Хозяин приезжает, зоотехник предлагает оставить какого-нибудь щенка прошедшего отбор для племенного материала и, таким образом, у нас формируется племенное ядро. И щенки у нас уже продаются сразу нестандартного окраса, но хорошие по рабочим качествам, ведь мы заранее отбирали родителей. Подращенные щенки, которые уже апробированы на охоте, продаются уже дороже, охотник с этого имеет выгоду. И собаки продаются не как порода, они продаются, как улучшенный вариант эвенкийской лайки суриндинского типа. А если мы создадим такое, оленеводы будут очень довольны, они сейчас и западносибирских лаек таскают, и из Илимпии таскают, пробуют и ничего не получается, а тут своих собак производить можно. Улучшая племенное поголовье промысловой лайки, мы помогаем охотникам. Я знаю есть люди, которые в Суринду приезжали специально за щенками, с юга Красноярского края. Хорошие собаки это не собаки среднего уровня - это своего рода мутанты. И вот, когда мы такие предпосылки создадим, мы скажем: «Да, мы готовы к породному разведению». Мы охотно сделаем питомник в Туре и скажем это уже не улучшенный вариант эвенкийской лайки суриндинского типа, а это порода - эвенкийская лайка суриндинского типа .

Наша сверхпрограмма - улучшить нашу промысловую лайку. Потому что когда сверхгибридизированность проходит, то тогда получается хаотическая наследственность, изменчивость большая, принцип изменчивости приобретает превалирующее значение над консервативностью, над консолидацией и тогда в этих условиях при хаотической наследственности падает качественность и в конце концов собака превращается в «дворный тип». И если мы не будем прилагать никаких усилий по формированию базового племенного ядра, тогда у нас все собаки в Эвенкии могут превратиться в «дворный тип», примитивный тип и постепенно мы лаек потеряем вообще. А нам достаточно из 10% сделать племенное ядро, мы будем каждый раз щенков давать в воспроизводство, но и у охотников брать для вязки и постепенно мы в целом поголовье улучшим, но нам надо 10% создать за счет пункта передержки, а потом и за счет племенного питомника. Из племенного питомника мы тоже потом будем продавать, потому что регрессия-то идет, она сохранится в собаках, какой-то материал все равно будет выбраковываться. Чтобы щенок проходил по всем трем параметрам: экстерьеру ( шерсть, сильные ноги, хорошие зубы и т.д.), интерьеру (физиология, нервная система и т.д.) и рабочим качествам, надо вкладывать деньги в эту работу. Работа по трем параметрам - это настоящая племенная работа. Лучшие собаки были в 20-30-х годах, когда валюта стране нужна была, когда пушнина в наших зарубежных валютных операциях играла большую роль. И в 40-х годах охотники получали бронь, освобождались от войны, потому что они заготавливали пушнину, которая шла на экспорт.

- Скажите, запрет на завоз собак других пород на территорию, где находится питомник и отстрел всех беспородных собак возможен, и насколько эти меры могут помочь формированию племенного материала?

- Да, Эвенкия в 60-70 годы считалась единственным регионом, где в относительной чистоте сохранились местные лайки. Достигнуто это было благодаря тому, что административными органами Эвенкии был запрещен ввоз собак. Даже лаек сюда можно было ввозить лишь по разрешению краевых организаций охотнадзора. Якутия сегодня смело идет на подобные меры. Но это трудно все претворить в жизнь, потому что любая собака - это собственность человека, и это будет противоречить Конституции РФ, Гражданскому кодексу РФ. Другое дело если это промысловый поселок, вот типа Суломая, Кузьмовки, там они могут договориться не завозить беспородных собак. Существует такая быль: приезжает один человек жить в староверческий поселок, его встретили хорошо, жить-то надо всем. Дом ему помогли построить, участок выделили. Увидели его собачек, говорят: «Ты этих собачек пристрели» - «Как так?». –«Да так, у нас свои собаки, ты своими собаками наших испортишь, а если ты это не сделаешь, то и собачек пристрелим твоих и ты здесь жить не будешь». Т.е. эти народные правила, законы, они могут оказаться действенней государственных. Я пишу в статьях и мой опыт показывает, что не так влияет присутствие каких-то инопородных собак, как например, присутствие западносибирских лаек. Их сейчас активно завозят на Север, чем сильно портят наш генофонд – ведь это собака другой климатической зоны. Вот, к примеру мы берем собаку из Туры, отличную соболятницу, и кобеля из Ванавары, тоже отличного соболятника, мы их вяжем, но ничего не получается, рассыпается потомство. А все потому, что расстояние огромное, собаки одной группы никогда не вязались с собаками другой группы, и там образовался свой генотип и там свой генотип, и потому что в ДНК генные модификаторы по-разному расположены и по-разному влияют на соседние гены и разные генодоминанты. Эти типы не мешались никогда, это как бы разные микропороды, и когда ты сводишь этих собак, которые никогда бы друг с другом не были - это называется взаимная репродуктивная изоляция, т.е. эти разные гены ведут себя враждебно по отношению друг к другу, вот что значит хаотическая наследственность. Вот и получается и самка - отличная, и кобель - отличный, а щенки - плохие, они по «дворному типу» пошли. Вот и нас людей перемешали, потому что была такая идея - создание единого советского человека, ну может в каком-то отношении это и к лучшему, а в другом отношении - национальная общность разрушается. Вот у меня есть книга «Генетическая психология» Московского психосоциального института, там говорится к чему привело смешение наций: «Не во всех популяциях последствия имбридинга неблагоприятны, у сельского населения Индии, Китая, Японии кровнородственные браки довольно часты, ожидаемые неблагоприятные последствия обнаружены в них не были, различий по частоте врожденных уродств, мертворождений, смерти в течение первого года жизни в кровнородственных и не родственных не выявлено. Если в Европейских странах и в Северной Америке кровнородственные браки запрещены, то в странах Востока - наоборот, они поощряются. Имбридинг в течение многих поколений приводил к выщеплению рецессивных гемозигот, которые обладали пониженной жизнеспособностью и не передавали свои гены потомству, таким образом, имбридная популяция за много веков освободилась от вредных рецессивных генов, поэтому в настоящее время в этих популяциях кровное родство супругов не приводит к выщеплению гемозигот с вредными рецессивными генами. В некоторых популяциях, например, в Японии кровнородственные браки поощряются по ряду причин: традиция требует, чтобы семья жениха и невесты были знакомы, также желательно, чтобы эти семьи были из одной местности и были одного социально-экономического статуса. Так вот в чем дело, когда гомозиготная в имбридных условиях формировались, тогда у них рецессивные гены (вредные, неблагоприятные) сразу вылезают, но это хорошо, это как будто «флажок» выскочил, от такого потомства стараются избавиться. А вот когда гетерозиготные (смешенные, гибридные), тогда рецессивные гены прячутся вовнутрь, но они всегда есть, они лишь закамуфлированы. Выходит, имбридное поколение очищается. И у моих лаек были ярко выражены рецессивные гены, но я их вычистил. Термин аутбридинг, как и имбридинг пришел из сельского хозяйства, где им обозначают генетически отдаленную связь животных и растений. Еще лет 50 назад, в бывшем СССР, анализ биологических последствий отдаленных браков, в особенности межнациональных и межрасовых не проводился, в основном по идеологическим причинам, и их влияние на потомство априорно считают благоприятным. Вывод о полезности отдаленных браков не основывался на результатах научных исследований, а представлял собой как бы логическое предположение, основанное на идее о вредности кровного родства. Аутбридинг повышает степень гетерозиготности потомства, при этом повышается вероятность вредных рецессивных генов в гетерозиготное состояние (скрытное). Отмечено, что высокая гетерозиготность у человека ускоряет его рост, половое созревание, но при этом сокращается продолжительность жизни.

- В заключение, скажите, как вы видите перспективы развития лайководства аборигенного типа…

- Будет отрасль – будет существовать промысловая лайка, будет сохранен бесценный генофонд. В этом плане Красноярскому краю нужно ориентироваться на наших соседей – Якутию. Там еще в прошлом году узаконили охотничье собаководство в качестве традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера. Тем самым, власти республики Саха ликвидировали несправедливость по отношению к охотничьему собаководству, которое не было до этого включено в виды традиционного природопользования и традиционной хозяйственной деятельности. Актуальность вопросов сохранения и улучшения рабочих качеств охотничьих лаек в дальнейшем будет только повышаться еще больше, так как с 2014 года в Российской Федерации вступает в силу Международное соглашение о запрете ногозахватывающих капканов, широко применяемых на промысловой охоте на пушных зверей.

Беседовала Марина НЕМТУШКИНА

назад

 

© 2008 - 2016 РА КМНС КК
Региональная Ассоциация

коренных малочисленных народов Севера Красноярского края

Обратная связь

narodsevera-krsk@mail.ru